Как поступали на жандармскую службу в 1902 г

(на описываемый момент автор был подъесаулом Войска Донского)«Для поступления в жандармы тогда требовались от каждого офицера высокие нравственные качества, трезвое поведение, неимение долгов. Офицеры, которые играли азартно в карты, вовсе не допускались, не допускались также «лица, женатые на католичках, и евреи, хотя бы и крещёные». Принимались в расчёт отношения к товарищам, к начальству, к подчинённым, к обществу и обратно. Всякие корыстные мотивы исключались. Все эти справки собирали жандармские офицеры, «не сносясь с командиром части». Кроме того, в моё время требовалось ещё дворянское происхождение и окончание военного училища по 1-му разряду. Таким образом, в Корпус жандармов всегда могли попасть лучшие элементы из офицерского сословия… Никакие протекции значения не имели, за исключением редких случаев, которых я знаю два-три. Вступительной программы тогда ещё не было, как впоследствии, и на приёмном экзамене при штабе «испытывали офицера в степени его развития и наблюдательности». (Для перевода офицеров из жандармских дивизионов и полевых жандармских эскадронов предъявлялись те же требования).Экзамены производились тогда раз в неделю каждый понедельник. Со мной на экзамен явились семь офицеров, и за одного из них, помню, приехал просить какой-то жандармский генерал, желая оказать протекцию, но именно этот-то офицер и провалился, как и двое других, а четверо, в том числе и я, были приняты. Задавали мне всевозможные вопросы: о последних реформах в Финляндии, о земских, губернских и уездных управах, об их функциях и взаимоотношениях, о разнице между Комитетом Министров и Советом Министров и прочее. Ответы дал я удовлетворительные, а так как я был в форме Охранной стражи Китайско-Восточной железной дороги (ныне Заамурский округ пограничной стражи), форме очень удобной и красивой, и на мне была надета довольно родовая шашка, то начальник штаба генерал Зуев, он же председатель экзаменационной комиссии, которому очень понравилась и форма, и шашка (особенно он восторгался моей шашкой) предложил мне ещё несколько вопросов: о ходе китайской кампании и о моём в ней участии, на что я также дал ответы удовлетворительные. (Рассказывали, что задавали и такие вопросы: «Вы курите?» — «Курю.» — «Сколько спичек помещается в коробке?» Или «В винт играете?» — «Играю.» — «Что написано на тузе бубен?» Если офицер не знал, ему говорили: «У Вас нет наблюдательности», и его проваливали.)После устных ответов мне задали написать сочинение на тему «Значение судебных реформ 1864 года Императора Александра II», с каковой темой я справился тоже удачно, вспомнив перед тем, идя на экзамен, прочитанные мною слова на здании Окружного Суда на Литейном проспекте: «и правда, и милость да царствуют в судах», каковые слова я и положил в основу моего сочинения.»(из упомянутых ранее воспоминаний А.Полякова)(Кстати, если я понял правильно, Отдельный корпус жандармов, хотя и находился в фактическом ведении МВД, формально считался войсковой частью (причем кавалерийской) в штате Военного министерства.)Тот же автор в другом месте замечает:«…Всего же в Корпусе жандармов было около 930 офицеров и около 11500 нижних чинов». Из них «железнодорожных жандармов: офицеров около 330, унтер-офицеров около 5000». Таким образом, политический сыск по всей огромной Империи был возложен примерно на 600 офицеров и 6500 нижних чинов Жандармского корпуса (плюс некоторое число сотрудников Охранных отделений в нескольких крупнейших городах). Н-да… Конечно, важно "не число, но умение", но всё же, всё же…

Ещё :

This entry was posted in горячее из блогов. Bookmark the permalink.

Comments are closed.