Красные песни о главном

Китайцы любят петь — как и мы с вами… Письма Инессы ПЛЕСКАЧЕВСКОЙ

Китайцы любят петь — как и мы с вами. И революции, и застолья у нас случаются с песней. И в бой мы с ней идем, и на свадьбе пляшем, и на юбилее душевно затягиваем… У китайцев бои и революции тоже с песнями ассоциируются. В отличие, кстати, от застолий. Сидеть за накрытым столом и в перерывах между подъемом рюмки петь про калину или старый клен — это не по–китайски. А вот после удачного застолья отправиться в караоке — это да, это вполне. Песни в Китае популярны все больше душевные, даже можно сказать слезливые. Поэтому русская музыка (не путать с российской попсой) здесь любима — «Подмосковные вечера» вам предложат в любом уважающем себя караоке.

Правда, при всей любви к задушевности в песнях китайцы почти всеядны — по крайней мере, лично мне так кажется. Они любят и японскую с корейской попсу (я и одного куплета не выдержу, но это, понятно, не показатель), фанатеют от пекинской и другой традиционной оперы (лично мне нравится, но искусство достаточно специфическое), с замиранием сердца поют собственный гимн (по бодрости с этой «Песней добровольцев» может сравниться разве только французская «Марсельеза») и всегда готовы подпевать патриотическим песням, которые здесь совершенно справедливо называются «красными». В Китае уже давно поняли, что песня не только «строить и жить помогает», но воспитывать, пропагандировать и агитировать — тоже.

Когда я была пионеркой, мы с воодушевлением пели и «Белая армия, черный барон снова готовят нам царский трон», и «Сигнальщиков–горнистов» и сотни других громких, победных, маршевых и заводящих песен — про любовь к Родине (тогда было незазорно громко заявлять об этой любви). Теперь о любви к Родине мы поем все меньше — может быть, потому, что другая любовь и зарабатывание на хлеб насущный вытеснили из нашей головы революционную сознательность. Китайцы — совсем другое дело. И потому что революция здесь всегда на марше, и потому, что о любви к Родине им постоянно напоминают.

Несколько лет назад, когда Геннадий Селезнев был еще спикером российской Госдумы и приехал с визитом в Пекин, я попала на концерт, который давали по этому случаю в Доме народных собраний. Помню, как вышла на сцену статная певица в сплошь усеянном блестками облегающем красном платье, с накинутым на обнаженную спину цветастым платком (надо полагать, для соответствия тематике вечера), и принялась бодро, но задушевно петь на тему «партия — наш рулевой». Сказать, что я была удивлена — ничего не сказать. С того самого пионерского детства мне въелось в сознание: песни о Родине и партии — это очень серьезно, поэтому и выражение лица должно быть строгим, и наряд соответствующим. А тут — весело, задорно и с обнаженной спиной! Закончив петь про партию, певица запела пугачевскую «Надо же, надо же, надо ж так было влюбиться…» — на русском, понятно, языке, в честь высокого гостя. Тут уж удивилась не только я. Так что песни — великая сила. Не зря член Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК (это коллективный орган управления — власть в Китае реально коллективная) Ли Чанчунь, которого еще называют «главным идеологом» страны, призвал с помощью красных песен мобилизовывать граждан на более активное участие в строительстве социалистического общества.

Недавно в городе Чунцине прошел большой фестиваль таких песен, в нем принимали участие хоровые коллективы не только материкового Китая, но Гонконга, Тайваня и Сингапура. Признаться, состав меня удивил — до сих пор Тайвань, Сингапур и Гонконг в красных настроениях замечены не были. Но песни ведь не только строить и жить помогают, но и настроение создают…

По вечной журналистской привычке, которая призывает ничего не принимать на веру, но везде искать тайные смыслы, я задумалась: а почему о важности красных песен заговорили именно сейчас? Они всегда были любимы народом, а певцы в военной форме украшают любой концерт. Может быть, в этом все дело — в певцах в военной форме? Потому что одна из самых популярных таких певиц, генерал–майор (!) Народно–освободительной армии Пэн Лиюань — жена заместителя Председателя КНР Си Цзиньпина. Она красива, голосиста и любима народом. До того как Си Цзиньпин занял свой нынешний пост, его жена была известна в стране куда больше, чем он. Но традиции есть традиции: Пэн Лиюань в новогоднем гала–концерте уже два года не участвует — когда муж достигает таких высот, жена уходит в тень (видно, история актрисы Цзян Цин, ставшей женой Мао Цзэдуна, а потом одним из лидеров «банды четырех», все еще жива в памяти). Жаль, конечно, — она любую Карлу Бруни заткнет за пояс. Зато красные песни становятся все популярнее — и уже не только в Китае.

Автор публикации: Инесса ПЛЕСКАЧЕВСКАЯ

Адрес: почта полевая

«Жду писем, бодрых, хороших…»

Феномен Красного

Наш с вами Крест

Воспоминание о Красном Урочище

Ещё :

This entry was posted in Без рубрики. Bookmark the permalink.

Comments are closed.