Выбранные места – 3

Дорогая N, Прежде всего, прошу прощенья за то, что прислал столь не понравившийся Вам рассказ. Я весьма сожалею, что он на поверку оказался циничным и агрессивным. Присылать девушке циничный рассказ о девушке – это, безусловно, бестактность.  Мне очень жаль, что в рассказе появилась агрессивность (появилась, возможно, потому, что рассказ был написан под влиянием "Книги мертвых" Лимонова), которую я не заметил – сказывается недостаток мастерства. Но еще более я сожалею о том, что по-видимому, эта агрессивность полностью инвертировала авторский замысел в отношении настроения и содержания рассказа.   Рассказ задумывался, как светлая история о ностальгии. В первом его абзаце появляется влюбленность (а что такое "желание переспать" "не только в смысле физического акта", но и в смысле "разговоров и до, и после", если не влюбленность?) – и на эту эмоцию, как на ниточку, нанизываются все бусинки воспоминаний о давно закончившемся романе. Романе неудачном, но важном для героя: признание в любви во втором абзаце – не проявление печоринского цинизма, иначе бы не врезался так в его душу вызывающе холодный ответ на его признание.  Но эмоция – это не только "ниточка" для "нанизывания" воспоминаний, но и их преобразующее начало. Воспоминание становится переживанием, и это очень важный переход. Безответность чувств героя и нелицеприятные подробности его отношений с возлюбленной теряют свою негативную окраску, наоборот, они становятся дополнительным импульсом для позитивного переживания.  Однако это переживание трагично, потому что "наяву" вернуть его (подчеркну – переживание, а не антураж фактов) уже невозможно (появление еще одной женщины в первом же абзаце рассказа – верное тому подтверждение). Любая невозвратность трагична, поскольку она напоминает о конечности жизни. Страх конечности, страх умирания и есть сущность ностальгии.   Тяжесть ностальгии, накладывающаяся на переживание, еще более идеализирует его (по контрасту минувшее : настоящее – легко : тяжело), несмотря на то, что память продолжает неумолимо генерировать неприятные подробности.   Ностальгию, по замыслу, должен испытывать читатель. Но ностальгия была с самого начала и основой отношений героев. Начавшись с эмоционального разрыва (ведь никак иначе нельзя расценить сцену признания), их роман столь долго продвигался к разрыву фактическому потому, что герои боялись утратить вместе с его окончанием те эмоции, которые, по-видимому, связывали их до начала романа.  Фактический разрыв героев (потому и не артикулированный, а как бы "нечаянный") – это точка "начала прошлого". Очевидно, что для героя "в настоящем" это и кульминационная, наиболее тяжелая точка переживания.  В качестве "антидота" эмоций приходит мышление, ratio. Ироническая отсылка к "Темным аллеям" – спасительное напоминание о типичности его ситуации: Курск. Поезд. Все еще грустишь, вспоминаешь свою дачную девицу с костлявыми ступнями? Нет.Перенос строки перед уверенным ответом "Нет" – это последнее усилие, глубокий вдох, после которого заканчивается переживание и начинается критическое осмысление.   Критическая оценка прошлого как спасательный круг, позволяющий вырваться из потока тягостных переживаний – одна из важнейших тем рассказа.  Примите еще раз мои извинения,  м

Ещё :

This entry was posted in Популярное из блогов. Bookmark the permalink.

Comments are closed.