МИГ-29 атакует на дальнем рубеже

Как известно, МИГ-29 не участвовал в реальных боевых действиях,
но его возможности для реализации главного предназначения – завоевания
господства в воздухе ни у кого не вызывают сомнений. Правда при этом
многие зарубежные эксперты замечают, что бесспорные преимущества наш
истребитель имеет лишь в ближнем маневренном бою. Опыт же локальных
войн и миротворческих операций свидетельствует о том, что в случае
боевого соприкосновения ему придется встретиться с противником и в
дальнем воздушном бою.
Чтобы исследовать возможности МИГ-29 в дальнем бою в
Государственном научно-исследовательском институте авиационных систем
(ГосНИИАС) были проведены специальные исследования. Их результаты
убедительно свидетельствуют, что наш истребитель готов на равных
вести, как ближний, так и дальний бой с любым из находящихся на
вооружении зарубежных ВВС боевым самолетом.
Институт располагает уникальным полунатурным моделирующим
комплексом, состоящим из действующей кабины истребителя, электронно-
вычислительных машин, записывающих полет, средств объективного
контроля, представляющих данные для анализа. В ЭВМ заведены
характеристики МИГ-29, разрешенные дальности и ракурсы стрельбы
(пуска), допустимые перегрузки, режимы сваливания и т. п. А также
данные о боекомплекте, заправке топливом, работе двигателей.
Противник (по усмотрению руководителя он может быть сильнее,
слабее или равноценным) находится в своей кабине и совершенно
независим в выборе тактики и средств ведения боя. В нашем случае
выбран тип самолета со схожими с МИГ-29 боевыми качествами.
Задание – типовое, на выполнение которого истребители всего мира
тратят большую часть своего ресурса: прикрытие войск (объектов) в
тактической зоне.
Готовность э1 – занимаем место в кабине МИГ-29. Боевая задача – не
пропустить противника через рубеж ввода в бой, расположение которого
устанавливается командованием заранее (во всех конфликтах больших и
малых). Для выполнения данной задачи у нас есть скорость, маневр и
огонь – пушка, две ракеты средней и две ракеты малой дальности, а
также приемлемый уровень пилотажной и тактической подготовки
исследователя.
Получив сведения о противнике, подходящем к рубежу подъема, с
командного пункта получаем указание на взлет. Набираем заданную
высоту, берем курс на сближение. С КП поступает осведомительная
информация о противнике, которого пока еще нет в секторе обзора
бортовой РЛС. Вырабатывается решение на бой. Оно зависит от удаления
от рубежа ввода – нашего и противника. Так как ранний выход на рубеж
оставляет резерв времени на обходный маневр, а даже незначительное
опоздание обрекает на скоротечную атаку в лоб.
…Мы оказались с противником в дуэльной ситуации без
опоздания. И у него, и у нас только одно решение: вступить в дальний
ракетный бой. МИГ-29 имеет полный потенциал для его ведения: бортовую
(избирательную и чувствительную РЛС), высокие разгонные
характеристики, мощные ракеты с РЛнаведением.
Противник тоже настроился на атаку. Так как по условиям задания
он равноценен, это значит, что исход встречного боя будет зависеть
только от мастерства летчика.
Мы нашли более искусный прием – фирменный, отработанный в ходе
напряженных тренировок. Средства объективного контроля подтвердили
прямое попадание на встречном курсе.
Эксперимент продолжается. Противник, проанализировав запись
проигранного боя, вскрыл роковую ошибку и сделал выводы на будущий
боевой полет в полунатуре. В повторной ситуации на рубеже ввода в
бой он поставил помехи, затруднившие захват и сопровождение (что
неоднократно случалось на Ближнем Востоке). В результате, бортовая
система МИГ-29 не дала разрешения на пуск дальних ракет. Мы стали
перед альтернативой: или продолжать обмен ударами, или вступать в
ближний маневренный бой. В первом варианте все начинается сначала – с
этапа поиска (так как радиолокационный контакт с противником потерян).
При реализации второго варианта МИГ-29 попадает в свою стихию –
ближний бой, но уже возит мертвым грузом часть своих поражающих
возможностей: условия для применения дальних ракет основной убойной
силы усложняются до предела.
После детального анализа результатов боевых вылетов на
наземном МИГ-29 можно сделать следующие выводы.
Первый: девиз его стихия ближний бой несколько снижает
достоинства МИГ-29 как современного истребителя, в котором в равной
степени заложены возможности дальнего и ближнего боя.
Второй: вероятность возникновения дальнего боя не зависит от
масштаба конфликта, величины занимаемого им пространства и его
насыщенности авиацией.
Третий: во всех конфликтах, где не мог еще возникнуть дальний бой
(вследствие слабостей оружия) из общего числа сбитых самолетов три
четверти было поражено в первой атаке. Взаимное маневрирование со
сменой мест, часто ничейное, приходится всего на четверть
результативных боев.
Наконец, летчик-истребитель должен в равной степени готовиться к
ведению как ближнего, так и дальнего боя. И если ближний бой уже
достаточно изучен и освоен, то дальний пока не имеет даже стройной
теории. Накопленный небогатый опыт МИГ-23 и МИГ-25 остался
невостребованным.
Несколько отдельно может стоять обращение авторов, прошедших
школу локальных войн, к заинтересованным военным лицам и организациям:
в обстановке жесткой экономии, резкого подорожания каждого часа
реального полета на боевом самолете повышается роль полунатурных
исследований. Поэтому не должен прекращать существование моделирующий
комплекс. Возможности его действительно чрезвычайно высокие.

Ещё :

This entry was posted in Секретные новости из армии. Bookmark the permalink.

Comments are closed.