Балетная горячка

Раду Поклитару — знаменитый бунтарь современной европейской хореографии, лауреат многочисленных международных конкурсов, регулярно повергающий в шок ретроградов и заставляющий мурлыкать от удовольствия ценителей сontemporary dance. В ноябре Поклитару покажет в Минске балет «Щелкунчик», поставленный им в театре «Киев–модерн–балет», которым Раду руководит с 2006 года.

До этого «Щелкунчик» увидят в Витебске на XXIII Международном фестивале современной хореографии, где Раду Витальевич будет заседать и в жюри. В общем, как ни пытается Поклитару упорхнуть с наших подмостков, в каких кругах ни вращается, все равно хотя бы в качестве желанного гостя возвращается в Беларусь, где прошло его становление как хореографа.

— «Щелкунчик» у вас получился таким же скандальным, как и «Золушка» в Латвийской национальной опере, против которой выступили наследники Сергея Прокофьева?

— Ох не знаю, в чем так скандальна была «Золушка». Когда она выпускалась, ни у кого никаких претензий до поры до времени не возникало. И вдруг — скандал. И на самом деле и дети, и взрослые, и вообще каждый образованный человек находил в этом спектакле что–то свое, на своем индивидуальном уровне. Если на твой спектакль приходит критика — это хорошо, но я всегда думаю и о простом зрителе, чтобы он просто получал удовольствие от происходящего на сцене. Считаю, что у меня есть право думать о зрителе.

— Один из ваших последних спектаклей в театре «Киев–модерн–балет» — «Палата № 6»? Почему обратились к Чехову?

— Вы знаете, это не только спектакль «Киев–модерн–балета»: в 2004 году я ставил «Палату № 6» в Большом театре в Москве. Но это получился не буквальный перенос, а творческий. Спектакли в Москве и Киеве — разные.

— Но тоже на музыку Арво Пярта?

— Да, конечно. Там полностью звучит его потрясающая музыка. И в этой работе, как и во всех остальных, мне хотелось добиться самого главного качества, которое присуще балету, — эмоциональности. Если происходящее на сцене эмоционально, а не рассудочно, то это уже при любых очевидных минусах все равно по своей природе балет.

— Так чего же нам ждать от «Щелкунчика»?

— Хороший вопрос… Знаете, я обожаю театр за непредсказуемость, некий момент спонтанного чуда. Если чудо происходит, то зритель в зале превращается в ребенка. И я бы посоветовал всем любителям балета, которые придут на наш спектакль, прийти именно с этим ожиданием чуда. Мы постараемся его оправдать.

— Как вам удается избегать склок в труппе, типичных для стационарных театров?

— Всякий театральный коллектив, простите за избитое сравнение, как рыба, гниет с головы. Не потому что я хочу себя в данный момент похвалить. Вовсе нет. Я действительно люблю своих артистов. И они работают не за деньги, а именно потому, что любят свою работу. Когда в ежедневной рутине есть безусловное количество творчества, когда люди занимаются своим любимым делом, тогда никаких склок не возникает. Плюс нашего театра еще и в том, что у нас маленькая труппа: всего 21 человек. И все загружены. Такой небольшой состав позволяет создать атмосферу семьи, студийности в мхатовском понимании этого слова.

— У некоторых ваших артистов нет хореографического образования. Оправдал ли себя такой подход?

— Что такое профессионал с точки зрения ортодоксальной балетной труппы? Это человек, который учился в хореографическом колледже и получил диплом артиста балета. И при этом он уже априори считается профессионалом. У всех артистов «Киев–модерн–балета» на самом деле есть образование. У большинства высшее, связанное с танцем, но это не балетное образование. От этого они не становятся меньшими профессионалами. Наоборот, они настоящие профессионалы в области современного театра.

— В этом году в Витебске снова пройдет фестиваль современной хореографии, увидим ли мы вас там? Как вы вообще оцениваете современное фестивальное движение? Показывает ли оно всю картину, существующую в вашем жанре?

— Наш приезд в этом году в Беларусь, очень мною ожидаемый, произошел именно благодаря витебскому фестивалю современной хореографии и его бессменному руководителю Марии Романовской. Это она предложила нам приехать. Мы покажем «Щелкунчика» на открытии фестиваля, потом танцуем балет «Дождь» в гостевой программе и уже 29 ноября покажем «Щелкунчика» в Минске.

Что касается фестивалей в целом… Я считаю, если что–то и происходит в современной хореографии, позитивные или негативные процессы, то ничто не показывает их так полно, как фестивали. Потому что только здесь ты можешь за очень короткое время посмотреть весь спектр того, что делают твои коллеги. Если можно употреблять категорию полезности, говоря об искусстве, то для меня полезность фестивалей безусловна.

— Вам удается следить за событиями в белорусском балете после ухода с поста художественного руководителя вашего учителя Валентина Елизарьева?

— Да, я общаюсь с многими артистами, с руководством балетной труппы. Что называется — я в материале.

— Что вам нравится и не нравится в нашем балете?

— Я давно не видел премьер, новых спектаклей, а оценивать работу надо не по тем процессам, которые происходят внутри — приятие–неприятие, хорошее мнение — плохое, — оценивать нужно по тому, какой продукт в итоге показывается на сцене. В этом плане я немного обделен информацией. И я очень надеюсь попасть на вечер одноактных балетов, который пройдет как раз за день до наших гастролей. Это «Шопениана», «Пахита», «Тристан и Изольда». Тогда я сложу какое–то свое мнение.

— Не собираетесь снова ставить в Минске?

— Неправильная постановка вопроса. Правильнее сказать так: не собирается ли театр заказать у меня работу?..

Автор публикации: Валентин ПЕПЕЛЯЕВ

Ещё :

This entry was posted in Без рубрики. Bookmark the permalink.

Comments are closed.