МИРОВОЙ РЫНОК ВООРУЖЕНИЙ: ТЕНДЕНЦИИ И ПЕРСПЕКТИВЫ

Россия вышла на второе место по экспорту оружия

Сегодня уже мало кто сомневается, что одним из преферентативных
направлений деятельности по выводу российской экономики из нынешнего
кризисного состояния является наращивание экспорта отечественной
военнотехнической продукции. Действительно, в высшей степени
нерационально не использовать огромный потенциал российского
оборонного комплекса, в создание которого уже были вложены огромные
материальные и интеллектуальные ресурсы и который позволяет
производить уникальную военную технику и технологии, пользующиеся
высоким спросом на мировом рынке. Как показывает практика, эффективная
экспортная реализация данной продукции приносит гораздо большие
экономические дивиденды, нежели поставки за рубеж невосполняемых
сырьевых ресурсов, и позволяет вполне цивилизованным путем заработать
те средства на развитие экономики России, которые мы привыкли брать в
кредит, забывая о последствиях.
Кроме того, выполнение экспортных заказов позволяет сохранить
необходимый уровень мобилизационного потенциала России, требуемого для
обеспечения ее безопасности и оказавшегося под угрозой в связи с
резким сокращением оборонного заказа.
Вместе с тем, многие авторы и эксперты, говоря о необходимости
увеличения экспорта российской военнотехнической продукции, не
учитывают тех существенных динамических и структурных изменений,
которые произошли на мировом военном рынке на рубеже 80-90-х годов и
будут определять его развитие в предстоящее пятилетие. Это снижает
степень обоснованности их оценок и не позволяет выработать правильную
тактику и стратегию действий.
В данной связи отметим, что указанные изменения на мировом рынке
вооружений и военной техники (В и ВТ) обусловлены действием двух
основных противоположных тенденций.
Во-первых, наметилось общее сокращение объема мировой торговли
оружием. Во-вторых, растет активность традиционных и новых поставщиков
вооружения по предложению на экспорт своей продукции.
Наличие первой тенденции вызвано рядом объективных причин.
Первая: прекращение эры холодной войны и отход от силового
противостояния между Западом и Востоком создали предпосылки для
процесса сокращения вооруженных сил и вооружений в Европе, в
результате чего уменьшилась потребность ВС государств-членов НАТО, а
также стран, ранее входивших в Организацию Варшавского Договора, в
приобретении новых В и ВТ, в том числе по импорту. Так, согласно
последним данным Лондонского международного института стратегических
исследований, за период 1985-1995 гг. суммарные военные расходы стран
НАТО в сопоставимых ценах сократились примерно на 16%, а
восточноевропейских стран, входивших в ОВД – на 80% (расходы этих
государств на закупки вооружений снизились еще в большей степени).
Вторая: тяжелое экономическое положение отдельных крупных
традиционных импортеров вооружения из числа стран третьего мира, а
также высокая стоимость большинства современных систем оружия
ограничивают возможности этих государств по приобретению В и ВТ за
рубежом. В данной связи можно отметить проблемы с осуществлением
намеченных программ импорта В и ВТ, возникшие в последнее время даже у
таких платежеспособных государств как Саудовская Аравия и Кувейт и
вызванные снижением мировых цен на нефть.
В качестве третьей причины следует выделить то, что с конца 80-х
годов руководство бывшего СССР, а затем и России, отказалось от
прежнего курса на поддержку дружественных режимов из других стран,
входивших в мировую систему социализма, путем льготных поставок им В и
ВТ по целевым программ военной помощи и перенесло акцент на расчеты
при торговле оружием в валюте. Так, согласно оценкам американских
специалистов, общий стоимостной объем советской (российской) военной
помощи зарубежным странам сократился с 9 млрд. долл. в 1988 г.
(примерно 40% величины военного экспорта) до 100 млн. долл. в 1993 г.
Это существенно сузило круг потенциальных импортеров отечественного
вооружения и, соответственно, объемы его экспорта.
Одновременно, в связи с изменением геополитической обстановки в
мире, сократилась потребность в оказании подобной помощи и у США. За
период 1989-1993 гг. ее объем снизился с 4,3 млрд. долл. в 1989 г. до
3,3 млрд. долл. в 1993 г. Поскольку большая часть этих сумм выделяется
под целевые закупки американского вооружения, то уменьшение данного
показателя способствовало снижению экспорта В и ВТ из США, правда в
меньших размерах, чем это отмечалось у России.
Четвертой причиной стало введение эмбарго на поставки оружия
Ираку, Ливии, Югославии, практически полностью закрывшее емкие
военные рынки данных стран, где ранее доминировал СССР. Согласно
данным Стокгольмского института исследований проблем мира (СИПРИ), в
80-е годы среднегодовой объем поставок данным странам советского
вооружения составлял 1,8 млрд. долл., 700 млн. долл. и 320 млн. долл.
соответственно. Аналогичное влияние оказало и установление странами
Запада ограничений на поставки своего вооружения некоторым странам,
прежде всего Ирану и Пакистану, что рассматривалось в качестве
инструмента политического давления на них и пересмотра их планов в
области военного строительства.
Еще одной причиной можно считать курс руководства многих стран из
числа прежних традиционных импортеров готовых образцов и систем оружия
на активное развитие собственной военной промышленности (прежде всего
это касается Бразилии, Израиля, ЮАР, Индии и Индонезии), за счет чего
планируется повысить степень самообеспеченности в В и ВТ и устранить
чрезмерную зависимость от иностранных поставщиков. Так, индийское
руководство объявило о планах достижения к 2005 г. 80% уровня
удовлетворения потребностей национальных ВС в В и ВТ силами
собственного ВПК. В Израиле осуществляется программа разработки
собственного танка нового поколения Меркава-4, создание и
производство которого, по мнению израильских специалистов, даст стране
возможность исключить закупки подобной боевой техники за рубежом и
поможет развитию различных секторов национальной военной
промышленности.
Кроме того, в последние годы на мировой рынок увеличился поток В
и ВТ, выводимых из боевого состава ВС стран НАТО и бывшего Варшавского
Договора в связи с их сокращением, что снизило объем заказов от
государствимпортеров на приобретение новых более дорогих систем
оружия. В частности, Турции, являющейся стратегическим союзником США
на южном фланге НАТО, только в 1992-1993 гг. были поставлены 1509
основных танков M60A1/A3 и 489 БТР М113A2, что составило
соответственно примерно 42% и 32% американского экспорта данных видов
боевой техники в эти годы. Причем важно, что поставки этой техники,
приобретшие каскадный характер, позволили США и Турции решить
несколько взаимосвязанных задач:
США эффективно избавились от излишнего вооружения, а Турция, не
нарушая квот, отведенных ей по Договору о сокращении вооруженных сил в
Европе, и уничтожив часть имеющейся у нее устаревшей техники, смогла
качественно и с минимальными затратами переоснастить свои войска;
создать условия для дальнейшего укрепления американского военного
присутствия в данной стране, занимающей стратегически важное
географическое положение, и для последующих процессов перетекания
техники, выводимой из состава вооруженных сил США, своему союзнику по
НАТО.
Подобная ситуация сложилась и в отношении поставок американского
вооружения Греции, Испании, Португалии, Норвегии и Дании, позволивших
государствам НАТО значительно укрепить в военно-техническом плане
фланги Североатлантического альянса и создавших таким образом
определенные проблемы для России, которая в современной ситуации не
может должным образом отреагировать на появление новых
дестабилизирующих факторов на ее южных и северных границах.
Аналогично действовала и Германия, поставившая, в частности, в
1992-1993 гг. той же Турции 96 танков Леопард1, 187 БТР М113 и 105
БТР-60. Основная же часть германского военного экспорта в последние
годы пришлась на вооружение, доставшееся ФРГ от армии бывшей ГДР. В
итоге, сложилась парадоксальная картина, когда в первой половине 90-х
годов крупнейшим экспортером вооружения российских образцов стала не
Россия, а Германия, раньше нас понявшая, что реализация боевой техники
(даже по минимальным ценам), пользующейся спросом у других стран,
обходится дешевле, чем превращение ее в металлолом. Крупнейшими
получателями у ФРГ боевой техники российских образцов стали Финляндия
(в 1992-1993 гг. она приобрела 97 танков Т-72, 110 БМП-1, 3 БТР МТ-ЛБ,
447 гаубиц калибров 122 и 152 мм), Турция (105 БТР-60), США (27 танков
Т-72, 4 БМП и БТР-70, 10 самоходных гаубиц калибров 122 и 152 мм, 11
истребителей МИГ-23 и Су-22, 1 вертолет Ми24), Швеция (5 танков Т-72,
5 БТР МТ-ЛБ, в настоящее время реализуется программа поставки ей еще
350 БМП-1 и 800 БТР МТЛБ), а также Индонезия (14 кораблей из
заказанных 39).
В качестве еще одной важной причины, снижающей общий спрос на
новые системы вооружения, иностранные эксперты отмечают активизацию в
различных странах работ по модернизации имеющихся В и ВТ, позволяющих
при меньших затратах обеспечивать поддержание требуемого уровня
технической оснащенности войск. В частности, в ВВС ФРГ осуществляется
программа модернизации истребителей F-4, за счет чего планируется
продлить срок их службы до момента начала поставок в войска
перспективных истребителей Еврофайтер 2000. Аналогичные программы
модернизации истребителей предусмотрены в Великобритании (Торнадо),
Нидерландах, Бельгии, Норвегии, Дании (F-16), Индии (МИГ-21) и в
других странах.
В итоге действия указанных факторов, за период 19871995 гг.,
согласно данным СИПРИ, объем мирового экспорта основных видов обычного
вооружения снизился с 46,5 до 22,8 млрд. долл. (в ценах 1990 г.), т.е.
в 2 раза.
Как оценивают специалисты министерства обороны США, в ближайшем
будущем общая тенденция ужимания емкости мирового рынка вооружений
сохранится (но темпы сокращения будут меньше, чем были раньше). При
этом суммарный годовой объем экспорта В и ВТ во второй половине 90-х
годов, пересчитанный к ценам 1991 г., составит в среднем 25-29 млрд.
долл., что будет на 54-60% меньше аналогичного показателя за 1981-1990
гг. (62,5 млрд. долл.).

Данная тенденция должна была бы способствовать сокращению
предложения вооружений всеми экспортерами и, в конечном итоге,
привести к резкому ограничению уровня военных приготовлений в мире.
Однако этого, к сожалению, не произошло, что было в значительной мере
обусловлено той ролью, которую играет торговля оружием в деле
обеспечения национальных интересов отдельных государств, и взглядами
их руководства на сочетание в своей практической деятельности этих
интересов с общечеловеческими ценностями.
В этом отношении следует, прежде всего, отметить позицию, занятую
ведущими странами НАТО и предусматривающую наращивание экспорта своего
вооружения. Такая постановка вопроса обуславливается, в первую
очередь, чрезвычайно важной ролью, отводимой экспорту оружия в деле
поддержания на требуемом уровне национальной военно-промышленной базы
указанных государств, оказавшейся в чрезвычайно трудном положении из-
за значительного сокращения заказов на В и ВТ для собственных
вооруженных сил. При этом отмечается необходимость сохранения данной
базы, призванной удовлетворять как текущие потребности своих ВС и
войск союзников, так и тех, которые будут иметь место в условиях
возможного кризиса и развертывания дополнительных воинских
контингентов. Вероятность такого развития ситуации, учитываемой в
планах военного строительства всех стран НАТО, обосновывается
сохранением, несмотря на окончание холодной войны и общее улучшение
ситуации в мире, угроз их безопасности, прежде всего, из-за наличия
нестабильности в России и многочисленных региональных конфликтов.
Например, подписание Соединенными Штатами осенью 1992 г.
контракта на поставки Саудовской Аравии 72 истребителей F15S (на общую
сумму 9 млрд. долл., включая экспорт запасных двигателей к самолетам и
соответствующего вооружения) предотвратило закрытие компанией
Макдоннелл Дуглас предприятия по их выпуску и увольнение 40 тыс.
чел., которые задействованы в выполнении данного заказа по всей
технологической цепочке.
На необходимость учета данного фактора вновь было указано в
директиве D34 президента США, изданной в феврале 1995 г., где
отмечалось, что одной из основных задач, отводимой экспорту В и ВТ в
современных условиях, является повышение способности военно-
промышленной базы Соединенных Штатов к обеспечению потребностей
национальной обороны и длительному сохранению американского военно-
технического превосходства над другими странами при обеспечении
минимального уровня затрат.
Аналогичная ситуация сложилась и в Великобритании, где, если бы в
начале 1993 г. не был подписан контракт на экспорт Саудовской Аравии
48 истребителей Торнадо, стоял вопрос о закрытии единственной в
стране сборочной линии по изготовлению боевых самолетов подобного
класса. В итоге, заключение соглашения о поставках Торнадо позволяет
обеспечить загрузку производственных мощностей до момента начала во
второй половине 90-х годов серийного выпуска перспективного
западноевропейского истребителя Еврофайтер 2000, призванного в
будущем стать основой боевой мощи ВВС не только Великобритании, но и
других стран-участниц программы его создания (ФРГ, Италии и Испании).
Наряду с этим, ведущие страны НАТО продолжают рассматривать
экспорт вооружений в качестве важного средства поддержки своих
союзников и укрепления собственных политических и военных позиций в
стратегически важных регионах мира. Наглядным примером в этом плане
является наращивание с начала 80-х годов объемов поставок западного,
прежде всего американского, вооружения Египту, которые осуществлялись
в рамках целевых программ военной помощи. В результате, вооруженные
силы данной страны, ранее получавшие боевую технику от СССР и стран
Варшавского Договора, в значительной мере переориентировались на
западные, прежде всего американские, типы В и ВТ, удельный вес которых
в парке боевых самолетов, танков, бронемашин и средств ПВО египетских
ВС достиг в 1993 г. 61%, 56%, 54% и 41% соответственно. Это
способствовало значительному усилению позиций Соединенных Штатов не
только в данной стране, но и на Ближнем Востоке в целом.
Учтя активность руководства Иордании в деле мирного
урегулированию ситуации на Ближнем Востоке и стремясь укрепить свое
влияние на него, США возобновили оказание данной стране военной
помощи, подписав в 1995 г. соглашения об экспорте ей 12 истребителей
F-16A/B, 50 танков M-60A3 и четырех вертолетов S-70/UH-60. Общий объем
военной помощи, связанной с поставками В и ВТ, которую Иордания
получит от США в 1996-1997 гг., составит 300 млн. долл.
В последнее время аналогичная тенденция начинает действовать и в
отношении государств Центральной и Восточной Европы, заявивших о
присоединении к программе Партнерство ради мира и о своих намерениях
вступить в НАТО. В связи с этим возрастающий поток поставок западной
военной техники данным странам будет способствовать расширению сферы
действия Североатлантического альянса и приближению ее к границам
России, даже без формального увеличения числа его членов. В частности,
подписанные летом 1995 г. контракты на экспорт в Румынию четырех
американских военно-транспортных самолетов С-130B Геркулес и на
налаживание в этой стране лицензионного производства 96 боевых
вертолетов AH-1F Кобра, которые будут поставляться румынским ВС,
рассматриваются в качестве первых шагов к их переходу на военную
технику, соответствующую стандартам НАТО. Это создает дополнительные
предпосылки к военно-политической и военно-технической переориентации
данной страны, ранее входившей в Организацию Варшавского Договора, на
Североатлантический альянс, ускоряя процесс ее интеграции в НАТО.
Подобное значение придается и планируемым поставкам Соединенными
Штатами своих боевых самолетов (F-16 и F/A-18) Польше, Чехии и
Венгрии, относящимся к числу первых среди восточноевропейских
государств-кандидатов на включение в НАТО. Эта авиационная техника
должна заменить устаревшие истребители советского производства,
находящиеся на вооружении ВВС восточноевропейских стран. При этом США,
учитывая ограниченные валютно-финансовые возможности данных стран и
стремясь проникнуть на их оружейный рынок, где ранее доминировал СССР,
отказались от первоначально планировавшейся продажи им своих самолетов
по коммерческой цене и предложили ряд более выгодных вариантов.
Например, в январе 1996 г. ВВС США при поддержке компании Локхид
Мартин представили проект передачи Польше в аренду на несколько лет
партии бывших в эксплуатации истребителей F-16A/B по цене 4-5 млн.
дол. Затем американская сторона пошла еще дальше, выразив готовность
передать Польше 24-36 самолетов F-16A/B в бесплатное временное
пользование сроком на полтора года для опробования их в польских ВВС.
Предусматривалось, что расчет за поставки данных самолеты будет
осуществлен только в случае, если руководство Польши по истечении
указанного срока примет решение принять их на вооружение. Причем
американское правительство пообещало содействие реализации этих
самолетов путем предоставления Польше долгосрочных кредитов на
выгодных условиях.
Другая американская компания – Макдоннелл Дуглас, выступая в
тандеме с ВМС США, в начале 1996 г. предложила Польше поставить новые
истребители F/A-18C/D. В качестве своеобразной изюминки своего
проекта, она заявила о готовности к совместному производству данных
самолетов, большая часть комплектующих для которых (60%), будет
выпускаться на заводах Польши. То есть было учтено стремление
представителей польского ВПК получить дополнительные заказы,
одновременно обеспечивая доступ к современным зарубежным технологиям.
Помимо того, что торговля оружием служит для стран НАТО важным
средством укрепления военно-политических связей с соответствующими
странами, она продолжает оставаться них выгодным видом бизнеса,
приносящим значительные прибыли, улучшающим структуру внешнеторгового
баланса и обеспечивающим дополнительную занятость.
Одновременно экспорт вооружения позволяет им снижать удельные
затраты на приобретение современной военной техники в интересах
национальных вооруженных сил, испытывающих значительные финансовые
ограничения. В частности, в США продолжается проработка вопроса об
экспорте до 350 устаревших истребителей F-16A/В, выведенных из боевого
состава ВВС и находящихся в запасах на одной из авиабаз, и
приобретении на вырученные средства примерно 50 самолетов аналогичного
типа последних модификаций. В Великобритании министерство обороны в
1994 г. за счет экспорта вооружения сумело сэкономить до 300 млн.
долл., что позволило облегчить финансовое бремя, связанное с процессом
разоружения, и осуществить намеченные программы развития.
В связи с отмеченными обстоятельствами ведущие западные державы
предпринимали и продолжают предпринимать разносторонние меры по
укреплению своих позиций на мировом рынке оружия, предлагая к
реализации значительные количества новой и устаревшей боевой техники.
По данному поводу бывший министр обороны Великобритании М.Рифкинд (в
настоящее время – министр иностранных дел) еще в 1992 г. в своем
обращении к парламенту подчеркивал, что цель политики правительства в
области продажи за рубеж британской военной продукции – поощрять и
оказывать содействие данной деятельности до тех пор, пока она
соответствует нашим политическим и стратегическим интересам, а также
интересам в сфере безопасности и не вступает в противоречие с нашими
международными обязательствами.
В США в этих целях в начале 1995 г. президент Б.Клинтон издал
специальную директиву, регламентирующую новый этап развития стратегии
Вашингтона в области экспорта обычного вооружения, важным моментом
которого является то, что американское правительство, признавая
значимость экспорта В и ВТ для реализации национальных интересов
Соединенных Штатов, начнет официально оказывать поддержку своим
военным компаниям в напряженной конкурентной борьбе, разворачивающейся
на мировом военном рынке в последние годы.
Эта поддержка будет включать содействие частным военным компаниям
со стороны сотрудников зарубежных миссий США, подключение американских
официальных лиц для взаимодействия с фирмами во время международных
выставок вооружений, а также активное участие высокопоставленных
представителей правительства в содействии продажам оружия, которые
имеют особую важность для США. Кроме того, в марте 1995 г. на
рассмотрение конгресса США был внесен законопроект об отмене
федерального налога на продажу американских вооружений за рубеж. И
хотя, как отмечалось, его отмена должна была привести к сокращению
поступлений в федеральную казну, и республиканцы в конгрессе, и
представители самой администрации Б.Клинтона высказались в поддержку
данного законопроекта, поскольку он укрепит национальную безопасность
США, за счет содействия созданию новых рабочих мест в американской
промышленности и обеспечения американским экспортерам вооружений
дополнительных преимуществ на мировом рынке.
Усилению позиций США на мировом рынке военной техники
способствует также принятое в 1995 г. администрацией Б.Клинтона
решение о разрешении в принципе продажи современных американских
наступательных вооружений, в том числе боевых самолетов и танков, 10
странам Восточной и Центральной Европы. Оно дополнило прежние решения
в данной области, предусматривавшие снятие запретов на экспорт
американской военной продукции восточноевропейским странам, в
результате чего уже отмечается значительный рост экспортных лицензий,
выданных правительством США на поставки американских вооружений в
страны бывшего восточного блока. Например, если в 1993 г. объем
таких лицензий для Чехии составлял всего 5,6 млн. долл., то в 1994 г.
он возрос до 36,1 млн. долл., для Венгрии эти показатели равнялись 749
тыс. и 3,6 млн. долл. соответственно.
Для интенсификации процесса продвижения своего вооружения на
рынок стран Восточной Европы США предусматривают выделение им
финансовых средств по линии специальных программ военной помощи.
Как показывает практика, подобная поддержка со стороны
государства является важным фактором, позволяющим военным экспортерам
из стран Запада успешно функционировать на мировом рынке оружия в
условиях жесткой конкурентной борьбы.
Активные меры по наращиванию своего экспорта В и ВТ предпринимают
в последнее время и сами восточноевропейские государства, в которых с
помощью СССР была создана развитая военная промышленность и которые в
конце 80-х годов заявили о своей приверженности политике свертывания
экспорта вооружения и осуществления глубокой конверсии национального
военного производства, а затем, осознав неэффективность подобных
мероприятий, предприняли интенсивные усилия по наращиванию
собственного экспортного потенциала. В этих целях, в частности, в
Польше и Словакии осуществляются интенсивные НИОКР по созданию более
совершенных моделей основных танков, которые планируется продавать за
рубеж. Словакия в 1993-1995 гг. продала примерно 120 танков Т-72М
Сирии, а Польша в 1994-1995 гг. реализовала 100 танков Т72М1 Ирану.
Модифицированные варианты этих машин предлагаются Малайзии и
Пакистану.
Чехия старается закрепиться на рынке учебнотренировочных (учебно-
боевых) самолетов, предлагая различным странам хорошо
зарекомендовавшие себя машины L-39/-59.
Одновременно наши восточноевропейские соседи предпринимают шаги к
избавлению от излишней техники. Например, Чехия и Польша в 1994 г.
поставили довольно крупную партию танков Т-55 Камбодже. В 1995 г.
Чехия реализовала Польше 10 истребителей МИГ-29, снятых с вооружения
своих ВВС, обменяв их на 11 новых польских вертолетов W-3 Сокол, а
также поставила Латвии в виде помощи 45 буксируемых орудий (100-мм М-
53 и 122-мм D-30).
Аналогичным образом действуют и новые экспортеры из числа
государств третьего мира (в первую очередь, Бразилия, Израиль и
ЮАР), которые посредством экспорта вооружения содействуют развитию
собственной военной промышленности и стремятся тем самым повысить свой
вес на мировой арене. При этом Бразилия добилась заметных успехов в
создании и продажах за рубеж учебно-тренировочных самолетов Тукано
(они приняты на вооружение ВС даже такой страны с развитой военной
промышленностью, какой является Великобритания) и легких бронемашин.
Израиль активно внедряется на емкий рынок услуг по модернизации
авиационной и бронетанковой техники советских образцов, имеющейся в
большом количестве в различных странах. Прежде всего это касается
истребителей МИГ-21, которые израильтяне переоборудуют под западный
стандарт (оснащая новой кабиной и западным БРЭО, в том числе
навигационной системой и системой управления полетом) и под маркой
МИГ-21-2000 предлагают на международном рынке. 24 мая 1995 г.
состоялся первый 40-минутный демонстрационный полет такого
истребителя, который рассматривался как очень важный шаг в
маркетинговых усилиях израильской компании IAI по проникновению на
рынок услуг по модернизации авиационной техники государств Восточной
Европы, располагающих значительным количеством устаревших самолетов
МИГ-21. Аналогичным образом будут модернизированы и 15 истребителей
МИГ-21бис ВВС Камбоджи, с которыми подписан контракт на сумму 480 млн.
долл. Помимо того, Израиль интенсивно предлагает для экспорта свои
самолеты Кфир и ракетную технику.
ЮАР, ранее экспортировавшая артиллерийское вооружение,
разработала собственный боевой вертолет Руивалк, который участвовал
в конкурсе на поставки сухопутным войскам Великобритании и может быть
приобретен Малайзией. Одновременно военные производители из этой
южноафриканской страны активно предлагают свои услуги по модернизации
различной техники советских (российских) образцов.
В последнее время число новых экспортеров из стран третьего
мира дополнили Индия, Сингапур, Индонезия и Южная Корея. Так, согласно
заявлению председателя индийской компании Хиндустан аэронотикс лтд
(конец октября 1995 г.), Индия, осуществлявшая у себя лицензионное
производство истребителей МИГ-21, подписала контракт с Египтом и
Сирией на поставку им запчастей к имеющимся у них самолетам данного
типа на сумму 30 млн. долл. Сингапур в 1994 г. также осуществил
несколько экспортных проектов, например, поставил два десантных катера
Кувейту. Индонезия продолжает экспорт транспортных самолетов CN-235 в
ОАЭ и Малайзию, а Южная Корея добилась довольно крупного заказа на свои
новые БТР KIFV от Малайзии.
Свою лепту в дело увеличения предложений на мировом рынке оружия
вносят и государства ближнего зарубежья, планирующие за счет
реализации военной техники, доставшейся им в наследство от СССР,
получить дополнительные экономические дивиденды. Довольно впечатляющим
примером в данном отношении является факт продажи Молдавией в 1994 г.
Йемену 12 истребителей МИГ-29 и 7 РСЗО БМ-9П140 Ураган. В другом
случае, о котором стало известно недавно и который сразу же приобрел
скандальный оттенок, Белоруссия заключила контракт с Перу на поставку
18 истребителей МИГ-29 на сумму 380 млн. дол. Еще одним сюрпризом
явился активный выход на мировой рынок военной техники Узбекистана,
который в 19941995 гг. реализовал ее на сумму 870 млн. долл. (в
частности, поставил 15 транспортных самолетов Ил-76М Китаю), что
позволило ему занять почетное 13-е место среди ведущих экспортеров по
результатам работы за 1991-1995 гг.
Однако среди государств ближнего зарубежья самым крупным
потенциалом по экспорту техники советских (российских) образцов
располагает Украина. В 1995 г. ей удалось экспортировать В и ВТ на
сумму около 100 млн. долл., в том числе продать Индии 300 грузовиков
армейского назначения, поставить Ирану 12 противокорабельных ракет SS-
N22 и заключить контракты на поставки Шри-Ланке девяти вертолетов Ми-
17 и Ми-24 (осуществлены в 1996 г.). Беспрецедентный шаг к наращиванию
экспорта своего вооружения украинские оборонщики сделали в 1996 г.,
заключив (несмотря на отрицательную реакцию российской стороны)
контракт стоимостью 580 млн. дол. на экспорт Пакистану 320 новейших
танков Т-80У. В список вооружений, которые Украина изъявила готовность
продать данной стране, также были включены 152-мм самоходные гаубицы,
БМП-2 и БМП-3. В 1996 г. Украине удалось продать четыре транспортных
самолета Aн-32 Шри-Ланке.
Подобная практика активного предложения военной техники со
стороны зарубежных традиционных и новых экспортеров контрастировала в
конце 80-х и начале 90-х годов с политикой советского (а в первое
время и российского) руководства на свертывание поставок своих В и ВТ
за рубеж. В значительной мере это было обусловлено уже указанными выше
причинами. Однако, как показало последующее развитие событий,
своеобразную негативную роль в этом отношении сыграло и навязывание
нам со стороны Запада идей о необходимости масштабной и практически
односторонней конверсии отечественного ВПК, ограничившей его
возможности по экспорту конкурентоспособной продукции оборонного
назначения, а также о приоритетной ответственности СССР (России) за
распространение оружия в мире.
В частности, об этом говорилось в отчете Центра международной
безопасности и контроля над вооружениями Стэндфордского университета,
подготовленном в 1991 г. В нем подчеркивалось, что оказание
содействия СССР в превращении основной части его оборонной
промышленности в гражданское производство, несомненно, служит
интересам безопасности США по нескольким причинам. … будут снижены
уровень и способность к расширению производства советской военной
продукции, а также ослаблены экономические стимулы экспорта оружия
Советским Союзом.
Наряду с этими факторами серьезный удар по экспортному потенциалу
отечественного ВПК нанесли распад прежде единого оборонного комплекса,
нарушивший традиционные кооперационные связи, а также непродуманная
либерализация в области военнотехнического сотрудничества с
зарубежными странами, приведшая к неоправданной конкуренции на внешнем
рынке между массой неорганизованных и неопытных поставщиков.
В итоге в 1987-1995 гг. при общем сокращении объема мирового
экспорта В и ВТ произошли существенные сдвиги в его структуре,
вызванные диспропорциями в динамике поставок военной продукции
отдельными экспортерами.
До 1995 г. отмечалось резкое сокращение экспорта основных видов
обычного вооружения России (СССР) – с 18 млрд. долл. в 1987г. до 1
млрд. долл. в 1994 г. (в ценах 1990 г.) или в 18 раз. То
есть, в 1994 г. объем таких продаж Россией составил менее 6%
аналогичного показателя, достигнутого СССР в 1987 г.
За эти же годы существенно, но в меньших, чем у России,
масштабах, сократился экспорт вооружений Франции (до 1,0 млрд. долл.
или в 3,2 раза) и Китая (до 0,7 млрд. долл. или в 4 раза). Еще в
меньшей степени снизился объем продаж на мировом рынке оружия США и
Великобритании, а у ФРГ он наоборот – значительно возрос. Так, экспорт
В и ВТ США в 1994 г. составил около 12,8 млрд. долл., что на 7,7% ниже
уровня 1987 г., экспорт В и ВТ Великобритании сократился на 32,2% (до
1,5 млрд. долл.), а поставки за рубеж В и ВТ ФРГ возросли в 3,1 раза
(до 2,5 млрд. долл.), что было обусловлено главным образом
массированной распродажей военной техники, доставшейся в наследство от
армии бывшей ГДР.
В результате с 1991 г., то есть с момента войны в Персидском
заливе, единоличным лидером на мировом рынке военной техники стали
США, доля которых в мировом экспорте основных видов обычного
вооружения возросла с 29,8% в 1987 г. до 56,1% в 1994 г. В то
же время Россия (СССР) утратила свое былое ведущее место в торговле
оружием (в 19871989 гг. СССР занимал первое место по объему экспорта В
и ВТ, обеспечивая 38-39% всех поставок). В 1992-1993 гг. доля России
снизилась до 12-15%, а в 1994 г. составила всего 4,2%. Таким образом,
в 1994 г. экспорт В и ВТ США превысил объем зарубежных поставок России
в 14 раз (в 1987-1989 гг. СССР экспортировал оружия в сумме на 27%
больше, чем США).
Наряду с США, довольно существенно усилились также позиции ФРГ,
чья доля в мировом экспорте В и ВТ увеличилась с 1,7% в 1987 г. до
10,9% в 1994 г. В результате ФРГ вышла на второе место в мировом
экспорте В и ВТ, сумев обойти других ведущих поставщиков, каковыми
традиционно являлись Великобритания и Франция. Великобритания, заняла
в 1994 г. третье место, а ее доля в мировых продажах вооружения
возросла с 4,7 до 6,5%. Удельный вес Франции сократился с 7,0 до 4,5%,
Китая – с 6,4 до 3,3%. В итоге в 1994 г. по объему экспорта В и ВТ
Франция заняла четвертое место, а Россия и Китай заняли пятое и шестое
места соответственно.
Наметившиеся в первой половине 90-х годов диспропорции в торговле
оружием в пользу стран Запада, выявленные на базе стоимостных
показателей, подтверждаются и данными об объемах мирового экспорта
шести основных типов обычного вооружения в 1992-1993 гг., выраженными
в натуральных единицах. Так, на долю четырех ведущих стран Запада
(США, ФРГ, Великобритании и Франции) в 1992-1993 гг. пришлось 87,7%
мирового экспорта боевых танков (России – 2,7%), боевых бронированных
машин – 62,8% (15,5%), боевых самолетов – 71,9% (9,8%), вертолетов –
100% (0%), артиллерийских систем большого калибра – 60,7% (0,7%),
военных кораблей – 84% (12%).
Значительные изменения в последние годы произошли в
географической структуре мирового импорта В и ВТ.
Так, в 1987 г. основной объем приобретаемой военной техники приходился
на страны Ближнего и Среднего Востока (примерно 32% суммарного
мирового импорта основных видов обычного вооружения). На втором месте
находились страны Европы (27%), третьем – государства Средней,
Центральной, Южной и Юго-Восточной Азии и Дальнего Востока – (26%).
Далее следовали страны Африки (7%), Латинской Америки (4%) и Северной
Америки (3%).

В 1995 г. на лидирующие позиции в мировом импорте В и ВТ вышли
страны Азиатско-Тихоокеанского региона (45%), крупнейшими получателями
вооружений среди которых стали Китай, Южная Корея, Малайзия, Тайвань,
Таиланд, Япония, Индия и Индонезия. Государства Ближнего и Среднего
Востока переместились на второе место (23%). Здесь основная часть
поставок В и ВТ пришлась на Египет, Кувейт, Саудовскую Аравию, ОАЭ и
Бахрейн. Европейские страны заняли третье место (20%), ведущими
импортерами среди них по-прежнему остаются Турция, Греция, Испания,
Италия и Финляндия, осуществили довольно крупные импортные проекты
Словакия, Болгария и Польша. На четвертую строчку поднялись
латиноамериканские страны (5%), что явилось результатом масштабных
закупок вооружений Аргентиной, Чили и Бразилией. Пятое место заняли
страны Северной Америки (4%), шестое – африканские государства (2%).
Что касается Австралии и Океании, то они остались на седьмом месте,
сохраняя за собой примерно 1% объема мирового импорта В и ВТ.

Как оценивают зарубежные военные специалисты, государства
Ближнего Востока и Восточной Азии останутся основными импортерами В и
ВТ и в ближайшие годы, на них придется 31% и 30% общего объема
прогнозируемого мирового импорта В и ВТ в период 1994-2000 гг.
соответственно. Далее будут идти страны НАТО – 27%, Южной Азии,
Австралия и Океания – 9%, Латинской Америки и Африки – 2%, государства
бывшего Варшавского Договора – 1%.
Такое географическое распределение мировых поставок В и ВТ
обуславливается крупномасштабными программами перевооружения ВС многих
государств Ближнего Востока, укрепляющих свой оборонный потенциал в
свете итогов войны в Персидском заливе, а также стран Азиатско-
Тихоокеанского региона, где сохраняющиеся очаги нестабильности и
быстрые темпы экономического развития ряда стран стимулируют
осуществление ими многомиллионных программ импорта вооружения.
Среди стран-импортеров крупнейшими получателями вооружения на
ближайшую перспективу останутся Саудовская Аравия (к началу 1995 г.
имела соглашения на импорт В и ВТ в объеме 32,4 млрд. долл.), Турция
(17 млрд. долл.), Тайвань (16,5 млрд. долл.), Япония (14 млрд. долл.),
Южная Корея (13,5 млрд. долл.).
Что касается распределения мирового военного рынка по сегментам
отдельных систем оружия, то, согласно оценкам американских экспертов,
большую его часть в 1994-2000 гг. будет составлять авиаракетная
техника. Объем ее продаж может достичь 139 млрд. долл. (68% общей
емкости рынка оружия), в том числе на сектор самолетов придется 97
млрд. долл., вертолетов – 20 млрд. долл., ракетного оружия – 22 млрд.
долл. Довольно крупными останутся сегменты боевых кораблей – 30 млрд.
долл. (15%) и бронетанковой техники – 23 млрд. долл. (11%).
Одновременно отмечается быстрый рост сегмента средств связи,
управления и разведки – 4 млрд. долл. (2%).
Важной характерной чертой современного этапа развития мирового
рынка В и ВТ является то, что потенциальные импортеры, учитывая его
сокращение и наличие повышенной активности со стороны экспортеров,
испытывающих проблемы со сбытом своей продукции для национальных
вооруженных сил и стремящихся всяческими мерами реализовать ее за
рубеж, начинают осуществлять более выборочную и требовательную
политику импорта вооружения. Ее неотъемлемым элементом становится, в
частности, увязывание вопроса об импорте той или иной военной
продукции с готовностью поставщика к реинвестированию части прибыли,
полученной от продажи В и ВТ, в местную экономику, а также к
компенсационным закупкам местных товаров. Прежде всего, это касается
многих государств третьего мира, которые таким путем планируют
обеспечить приток иностранных инвестиций и тем самым обеспечить
развитие национальной экономики.
Примером в этом плане может служить ОАЭ, где, согласно последним
заявлениям официальных лиц данной страны, подготовлены сотни проектов
на общую сумму свыше 3 млрд. долл., которые должны быть
профинансированы потенциальными поставщиками оружия в рамках так
называемой программы компенсационных сделок. Преимущество в этих
проектах отдается промышленному сектору, что должно придать экономике
ОАЭ более диверсифицированный характер и снизить ее зависимость от
непредсказуемых нефтяных доходов, на долю которых в настоящее время
приходится более 80% поступлений от экспорта.
Аналогичные программы осуществляются в Саудовской Аравии,
Кувейте, Малайзии, ЮАР, Тайване и других странах.
Одновременно страны-импортеры активизируют практику заключения
контрактов на поставки вооружения на конкурсной основе, для участия в
которых приглашаются поставщики из различных стран. Тем самым
покупатели В и ВТ обеспечивают себе более выгодные контрактные
условия. Например, в ближайшее время руководство ОАЭ должно принять
решение об импорте до 80 новых боевых самолетов. В конкурсе на
получение заказа на них участвуют американские компании Локхид
Мартин (предлагает F-16) и Макдоннелл Дуглас (F18 и F-15E),
французская Дассо-Авиасьон (Мираж 2000-5), британская Бритиш
аэроспейс (Торнадо) и российские МАПО МИГ (МИГ-29) и объединение
Сухого (Су-27). Подобные процедуры предусмотрены также в Индии, где в
ближайшем будущем должно быть принято решение о закупках
учебнотренировочных самолетов, а в качестве конкурсных вариантов
рассматриваются британские самолеты Хок-100, франкогерманские Альфа
Джет и российские МИГ-АТ.
Таким образом, в последние годы в мировой торговле оружием
произошли значительные динамические и структурные изменения.
Отмечается общая тенденция сужения емкости мирового рынка оружия при
наличии большого его предложения, которая создает дополнительные
трудности для деятельности экспортеров, вынуждая их к осуществлению
дополнительных мер (часто нетрадиционных) по проталкиванию своей
продукции за рубеж.
В данной ситуации возникал резонный вопрос, а сможет ли Россия,
ослабившая в первой половине 90-х годов свои позиции на мировом рынке
В и ВТ, восстановить их? Смогут ли российские экспортеры, привыкшие
прежде работать в условиях директивных указаний на поставки
отечественной техники военно-политическим союзникам, эффективно
действовать в новых условиях, которые характеризуются развитием
рыночных отношений, отсутствием гарантированного государственного
финансирования, ужесточением конкурентной борьбы на мировых рынках и
повышением требований потенциальных импортеров? Как убедительно
показала практика последних лет, ответ положителен: да, смогут.
Классическим примером в этом плане может служить контракт на
поставку 18 истребителей МИГ-29 Малайзии, посредством которого
российскому поставщику – МАПО МИГ – удалось не только проникнуть на
новый для России рынок военно-технической продукции, преодолев жесткое
сопротивление со стороны британских и американских экспортеров и сумев
заинтересовать заказчика выгодной формой расчетов за самолеты, но и
продемонстрировать всему миру свое умение своевременно и на высоком
качественном уровне выполнить все контрактные условия. В результате
создана основа для наращивания экспорта российского вооружения странам
региона. Например, в последнее время интерес к истребителям МИГ-29 уже
проявили Индонезия, Филиппины, Таиланд, Мьянма, прорабатывается вопрос
о приобретении дополнительных партий таких же самолетов Малайзией и
Индией.
В последнее время российские экспортеры В и ВТ добились и других
впечатляющих успехов. Были подписаны крупные соглашения на поставки
российской военной техники Индии (общий стоимостной объем программы
военно-технического сотрудничества с ней оценивается в 7-8 млрд. дол.,
включая подписанный недавно контракт на экспорт до 2000 г. 40
истребителей Су-30МК на сумму 1,8 млрд. дол.) и Китаю (он уже получил
50 самолетов Су-27, изъявляет желание купить еще 24 ед. и приобрел
лицензию на их производство). Начало восстанавливаться военно-
техническое сотрудничество и с другими нашими традиционными
партнерами: Венгрией (приобрела истребители МИГ-29 и БТР-80),
Словакией (МИГ-29), Вьетнамом (истребители Су-27 и УР класса воздух-
воздух к ним), Болгарией (по программе помощи получит танки Т-72,
БМП-1 и вертолеты Ми-24), а также Финляндией (подписан контракт на
импорт ЗРК Бук-1М).
Кроме того, что вселяет дополнительный оптимизм, российским
оборонщикам удалось проникнуть со своей продукцией и на такие новые
рынки как Кувейт (РСЗО Смерч и БМП-2/-3), Турция (БТР и вертолеты),
Кипр (танки Т-80У, БМП3 и ПТУР Бастион к ним), Бразилия (ПЗРК
Игла), Южная Корея (танки Т-80У, БМП-3, ПТРК Метис-М и ПЗРК
Игла), Мексика и Колумбия (вертолеты).
В итоге в 1995 г. был обеспечен значительный прирост российского
экспорта В и ВТ, который, согласно последним оценкам экспертов СИПРИ
достиг 3,9 млрд. долл. (разница с официальной российской оценкой,
равняющейся 3,05 млрд. дол., обусловлена различиями в методике
подсчета данного показателя), что в сопоставимых ценах в 4,1 раза
превысило уровень 1994 г. Это позволило России занять второе место
среди мировых экспортеров оружия, повысив свою долю в мировом
оружейном пироге до 17%. Тем самым удалось
несколько потеснить западных конкурентов. В частности, объем военного
экспорта США сократился в 1995 г. на 23% (их удельный вес в мировом
экспорте вооружений снизился до 43%), а в ФРГ – на 21% (до 9%).

Важно, что от поставок своих В и ВТ за рубеж России удалось
заработать настоящие деньги, которые уже работают на экономику России.
Оценивается, что в 1996 г. за счет реализации уже достигнутых
соглашений и планируемых новых контрактов объем российского экспорта
вооружений может достичь 3,5-3,6 млрд. долл.
Такие оценки являются вполне обоснованными с учетом проявленного
интереса зарубежных заказчиков к российской военной технике, активного
накопления предприятиями оборонного комплекса, получающими
дополнительные права по самостоятельному ведению внешнеэкономической
деятельности, опыта эффективной работы на внешнем рынке, а также
дальнейшего совершенствования государственной системы регулирования и
поддержки военно-технического сотрудничества с зарубежными странами.
Вместе с тем, еще много предстоит сделать в плане улучшения
маркетинговой работы, повышения качества рекламной деятельности,
создания надежной и оперативной системы послепродажного обслуживания В
и ВТ. Важное значение должно уже сегодня придаваться интеграции усилий
различных разработчиков и производителей в мощные
научнопроизводственные объединения, что позволит им создавать более
совершенную и конкурентоспособную технику, с которой предстоит
выходить на внешний рынок в ближайшие годы. Актуальна и проблема
получения российскими оборонными предприятиями навыков эффективного
сотрудничества в области совместного создания и реализации военной
техники с фирмами зарубежных стран, что позволит выйти на новые рынки,
в том числе стран Запада. Примерами подобного успешного сотрудничества
могут служить разрабатываемые в настоящее время учебно-тренировочные
самолеты МИГ-АТ (уже совершены демонстрационные полеты) и Як-130.
Приоритетные усилия должны быть направлены и на нормализацию
отношений и развитие сотрудничества с оружейниками из республик
бывшего СССР. Как показывает последняя практика, и об этом собственно
свидетельствует мировой опыт, выбираться из кризисной ямы, в которой
мы все оказались, причем технологически завися друг от друга, лучше
сообща, а не отталкивая соседа, по смехотворным ценам распродавая
излишнее вооружение. Иначе всех нас уже в скором будущем задавят
западные конкуренты, умеющие быстро договариваться и реализовывать
преимущества от международного разделения труда.
Значительное внимание должно быть также уделено обеспечению
эффективной государственной поддержки экспорта российской военно-
технической продукции, наращивание которого отвечает долговременным
национальным интересам России. В первую очередь это касается проблемы
выделения целевых кредитов под экспортные проекты и предоставления
государственных гарантий. В противном случае отечественным экспортерам
будет сложно противостоять мощному наступлению западных поставщиков,
поддерживаемых своими правительствами.
Таким образом, оборонный комплекс России доказал, что он сохранил
возможности по созданию конкурентоспособной и пользующейся спросом на
мировом рынке военной продукции, эффективная реализация которой
позволяет зарабатывать валютные средства, необходимые для развития
российской экономики. Однако в данной сфере деятельности требуется
учитывать общую тенденцию усложнения ситуации на мировом оружейном
рынке, для сохранения и укрепления собственных позиций на котором
необходима напряженная и повседневная работа и постоянный поиск новых
решений.

Ещё :

This entry was posted in Секретные новости из армии. Bookmark the permalink.

Comments are closed.