Дуб дороже принца

Крым славится не только пляжами и горами, но и удивительными деревьями. Недавно на полуострове стартовала общественная акция. Граждане предлагают взять на учет чуть ли не каждый кипарис и можжевельник. Среди них очень много старых деревьев, помнящих о богатой истории курортного края. Сдается мне, и у нас пора бы приглядеться внимательнее к редким деревьям. Много ли их осталось? И кто за ними следит? Реликты всегда привлекали туристов. Да и закон предписывает бережно относиться к природному богатству. Но там, где нет охранной таблички, царит человеческое безразличие. Вот недавно в Бешенковичах срубили многовековой дуб. Легенда связывает его с Наполеоном, который якобы отдыхал под сенью великана. Само по себе уже это интересно. Но щепки летят…

Ну не стало дуба… Казалось бы, ничего от этого не изменилось в нашей жизни. Так ли важно обращать внимание на столь «несущественные» мелочи? Тогда почему крымчане заботятся о своих деревьях? — вот о чем я задумался.

В Бешенковичах мне рассказали, что дуб был очень старый, ему, наверное, лет четыреста. Но комиссия по сносу зеленых насаждений и озеленению при райисполкоме решила дерево все–таки убрать: оно стояло на территории школы и, по мнению комиссии, угрожало упасть прямо на головы детей. Повод серьезный, чтобы решить вопрос кардинально.

И на одну легенду стало меньше.

Кстати, правда ли, что с дубом связан миф о Наполеоне? — на всякий случай я спросил у бешенковичских краеведов. Никто не смог ни подтвердить, ни опровергнуть предание. Может, потому так быстро и решили судьбу дерева, что нет у него письменной родословной. Но за это мы и любим сказки — за кажущиеся очевидность и невероятность. В Несвиже, например, вам обязательно расскажут байку о том, как по аллеям парка бродит то ли Белая, то ли Черная Панна — дух Барбары Радзивилл. Хотя Барбара в Несвиже никогда не бывала. «Ну и что! — возразит любой горожанин. — Это сказка, притом очень красивая! И не мы ее сочинили, а предки. И туристам нравится. Они потому к нам и едут. Разве можно отказаться от такой легенды?» И каждое дерево радзивилловского парка обретает магическую связь с загадочным духом из прошлого. Хотя, если абстрагироваться и снять розовые очки, перед нами предстанет обычный лесопарк…

Беловежская пуща при ближайшем рассмотрении также покажется не такой уж романтичной: всего–то наши «джунгли». И только несколько старых дубов, которые еще помнят дикие охоты Витовта и Ягайло, вместе с зубрами придают заповеднику таинственный образ. Великое познается в мелочах.

Поэтому сидел ли на самом деле у бешенковичского дуба император, не суть важно. Если есть легенда — нужно ее подпитывать, а не убивать. Существеннее другое: возможно, благодаря всего одному дереву сюда бы пожелали заглянуть гости из Франции. Отказываться от такой возможности не стоило, пожалуй. Да и если дуб угрожал упасть, что мешало его аккуратно свалить и не отправлять на пилораму, а поручить местному резчику соорудить из великана парковую скульптуру?

Тем более что я все же разыскал человека, который считает, что легенды могут быть правдой. Анатолий Федорук, самый авторитетный в стране исследователь садово–паркового искусства, еще 30 лет назад в одной из книг вычитал, что Наполеон останавливался в апартаментах у Хрептовича, на втором этаже бешенковичского дворца, нынешней музыкальной школы. Император прогуливался по парку, а у дерева позировал придворному художнику. Анатолий Тарасович поделился со мной этой малоизвестной информацией. «Впрочем, даже если это не факт, а красивая выдумка, то не стоит огорчаться, — размышляет ученый. — Легендами люди живут от сотворения мира. Пусть дуб и не связан с Наполеоном, но, как гласит английская поговорка, старое дерево в парке дороже коронованного принца. И его нужно ценить».

Да и не в Наполеоне дело, а в том, что страна у нас прекрасная, но неповторимый шарм каждому ее уголку придают зачастую как раз невероятные мифы, связанные с деревьями, замками, озерами, городищами.

Другое дело, что многие памятники природы и истории гибнут сами, без людской «помощи». Несколько лет назад в Щорсах под Новогрудком (кстати, в бывшем имении все тех же Хрептовичей) упал дуб Мицкевича. Сам — от старости. И до сего дня в стране уже почти не сохранилось именных деревьев. Профессор Федорук припомнил лишь дуб Ожешко в Урожайной Ляховичского района. Его сажала как будто сама писательница. Всего под охраной государства находятся 43 дерева республиканского значения, уточнили в Минприроды. Самые старые — дубы Патриарх и Пожежинский в Малоритском районе, каждому из них под 700 — 800 лет. Из них именной только Суворовский дуб в Кобрине, которому 400 лет. По легенде, под ним отдыхал полководец. Вот и все, что имеем и храним.

А пока, как мне рассказали в Министерстве культуры, в Бешенковичах отмечено только 3 объекта, включенных в Государственный список историко–культурных ценностей: Свято–Ильинская церковь, братская могила на улице Интернациональной и ансамбль бывшей усадьбы Хрептовичей — дворец, хозяйственные постройки, фрагменты парка. Негусто, чтобы сюда захотели заглянуть туристы. Кому интересен парк без легенды? Это то же самое, что представить Крым без кипарисовых рощ, помнящих древних греков…

«Есть вопрос»

Автор публикации: Виктор КОРБУТ

Писателю всегда трудно

Два берега одной книги

Человек читающий — вид вымирающий?

Мастер и Людмила

Ещё :

This entry was posted in Без рубрики. Bookmark the permalink.

Comments are closed.